Материал подготовлен на основе видеолекции.

Видеолекция: YouTube

Это первая лекция цикла по истории атеизма и свободомыслия в мировой культуре. Тема меня интересует уже несколько лет — и у меня есть соответствующее образование: магистратура СПбГУ по истории религии. Цикл не будет строго хронологическим — это изложение того, что я узнал и в том порядке, в каком считаю нужным.

Первую лекцию хочу посвятить своему личному кумиру.

Забытый гений

Герой сегодняшней лекции — Джон Толанд. Меня в нём привлекает не только то, что это человек высокой морали, который никогда не отступал от своих принципов и не сломался под давлением окружающей среды. Привлекает ещё и то, что он сегодня практически полностью забыт.

Если вбить «Джон Толанд» в поисковик, выйдет современный американский историк, автор книг о Гитлере. Аутентичный философ рубежа XVII–XVIII веков от вас ускользнёт. Это большая трагедия — трагедия гениев своей эпохи, не признанных ни современниками, ни потомками.

Показателен случай с Бертраном Расселом. В его фундаментальной «Истории западной философии» есть Локк, Гоббс, Юм, Беркли — но имя Толанда не упомянуто ни разу. При том что книга Рассела — это именно усреднённый обзор для тех, кто только начинает изучать философию. Толанда туда не взяли.

На Западе существуют статьи о Толанде, но их несопоставимо меньше, чем о других авторах сопоставимого или, на мой взгляд, меньшего значения.

Биография: происхождение и исторический контекст

Джон Толанд родился 30 ноября — точный год неизвестен, источники расходятся между 1669 и 1670. Место рождения — деревня Арда на полуострове Инишоуэн на севере Ирландии. Ближайший крупный город — Лондондерри (Дерри).

Биографические пробелы здесь принципиальные: никому нет дела, в каком году родился Толанд. Сравните с Шекспиром, каждый шаг которого — предмет культового поклонения. Толанд — не Шекспир, его имя забыто, поэтому никто не ищет документов.

Толанд вырос в религиозном окружении. Есть версия, что он был незаконнорождённым сыном католического священника. Ирландия — исторический оплот католицизма на Британских островах, и именно это во многом определило его последующее скептическое отношение к религиозным институтам.

В 16 лет, учась в Лондондерри, Толанд отказывается от католицизма и переходит в пресвитерианство. В 1687 году поступает в университет Глазго. В 1690 году — в 19 лет — получает магистерскую степень в Эдинбургском университете. Преподаватели и однокурсники оставили о нём записи: талантлив, гениален, но неуживчив и бузотёр. Эта характеристика годится для всей его жизни.

Чтобы понять контекст, важно знать историческую рамку. 1640–1649 годы — английская революция, казнь Карла I, власть Оливера Кромвеля-пуританина. После реставрации Стюартов в 1660 году англиканская церковь восстанавливает доминирующее положение, нонконформисты подвергаются ограничениям. В 1688 году происходит Славная революция: Вильгельм Оранский приходит к власти, причём свергнутый Яков II не лишается головы, а спокойно эмигрирует — уникальный случай в мировой истории. В 1689 году принимается Акт о веротерпимости — но только в отношении нонконформистов. На католиков и тем более атеистов он не распространялся.

Толанд оказался в оппозиции сразу ко всему: к католицизму, к англиканской церкви и к монархии. Он был республиканцем в тотально монархической стране. Легко быть оппозиционером, когда за тобой миллионы. Тяжело — когда ты один. В этом и прелесть, и трагизм фигуры Толанда.

«Христианство без тайн»

В 1691–1692 годах Толанд учится в Лейденском университете в Нидерландах, где знакомится с идеями Спинозы и европейского рационализма. Затем несколько лет в Оксфорде. К этому времени он энциклопедически образован: знает около десяти языков, включая древнееврейский, древнегреческий и латынь. Источником вдохновения служили Спиноза, Джордано Бруно, античные авторы.

В 1695–1696 годах он пишет книгу, которая сделала его имя знаменитым по всей Европе. Называется она «Христианство без тайн» — Christianity not Mysterious.

Полный подзаголовок: «Трактат, в котором показывается, что в Евангелии не содержится ничего противоречащего разуму или непостижимого им, и что ни один догмат христианства не может быть назван непостижимой тайной в прямом смысле слова».

Основная идея: раннее христианство было ясной, простой, понятной религией, доступной разуму. Впоследствии духовенство — в корыстных политических и экономических интересах — усложнило христианство, и оно обросло теми самыми тайнами. Толанд говорит: разум — основной источник знания и критерий истины. Слепая вера не нужна для того, чтобы быть христианином; более того, она лишняя.

В этом смысле Толанд — Карл Саган или Джеймс Рэнди своей эпохи: разоблачитель суеверий, заблуждений, лженауки.

При этом он остаётся на позициях христианства и в той же книге клеймит атеистов. Новые атеисты (Докинз, Харрис) сегодня сказали бы, что вера и разум принципиально несовместимы. Толанд считал иначе: разум и вера не противоречат друг другу — они тождественны при правильном понимании христианства.

Реакция современников предсказуема: книга была сожжена парламентом в Ирландии как богохульная. Сам Толанд был приговорён к аресту, но успел бежать в Англию. В Англии тоже не погладили по голове: Акт о веротерпимости на него не распространялся.

«Письма к Серене»

На рубеже веков Толанд путешествует по Европе и знакомится с принцессой Софией Шарлоттой — впоследствии королевой Пруссии, бабушкой Фридриха Великого. Она была просвещённым человеком, переписывалась с Лейбницем. Из переписки с ней Толанд формирует своё следующее крупное произведение — «Письма к Серене».

«Письма к Серене» — книга, вызвавшая особый восторг у советских историков философии. И понятно почему.

Со времён Аристотеля, а затем через рецепцию Фомы Аквинского в западноевропейской мысли главным аргументом в пользу существования бога считалась конечность и производность движения: если мир пришёл в движение, у этого движения была начальная точка. Эта точка — бог. Космологический аргумент, аргумент от вечного двигателя и так далее. Даже Спиноза признавал, что эта проблема трудно разрешима в рамках монизма.

Толанд делает шаг дальше Спинозы. Он говорит: движение — неотъемлемый атрибут материи. Материя движется по своей природе. Если принять этот тезис и сделать ещё один логический шаг — бог не требуется для этой картины мира.

Этого следующего шага Толанд не делает. Советские исследователи объясняли это страхом: атеист в глубине души, просто боялся. Западные исследователи — иначе: Толанд был укоренён в христианской традиции и искренне не мог представить себе атеизм. Он и впоследствии клеймил атеистов как аморальных. Выбор интерпретации зависит от идеологии исследователя.

Тем не менее именно в «Письмах к Серене» Толанд закладывает основы европейского материализма. Дидро, Вольтер, Руссо — вся великая плеяда французских просветителей питалась из этого источника.

«Письма» интересны и литературно: Толанд недооценён как автор. Советская историография именно за эту книгу особенно его ценила — книга доступна по-русски.

Духовная эволюция: от католицизма к деизму

У Толанда была интересная духовная траектория: католицизм в детстве, затем пресвитерианство, затем деизм.

Деизм — признание бога как верховного начала, сотворившего мир и давшего ему законы, но без наделения его конкретными признаками и без допущения его вмешательства в текущие дела мира. Деизм разрешает очевидное противоречие христианских конфессий: если существуют десятки тысяч направлений христианства и у каждого свой бог — значит, у всех остальных бог неправильный. Деист говорит: бог есть, но его природа не такова, как утверждает любая из конфессий.

В последней крупной работе «Пантеистикон» (написанной на латыни) некоторые исследователи видят переход к пантеизму. Я с этим не согласен — там скорее исследование, а не утверждение позиции.

Последние годы

После путешествий по Европе Толанд купил дом в графстве Суррей, но в итоге пришёл к большим долгам, продал дом и нашёл пристанище у кого-то из рабочих. Он страдал от множества болезней: чёрная желтуха, ревматизм бедра, зубная боль, постоянная рвота. Медицина того времени была крайне сомнительной даже по тогдашним меркам — гомеопатия Ганемана, изобретённая уже после смерти Толанда, считалась прогрессивным методом.

При всём этом он сохранял чувство юмора и ясность духа до конца. Сам написал текст, который должен был быть выбит на его могиле.

Умер Джон Толанд в 1722 году — в долгах, больной, в полном забвении.

Великий человек плюс великая трагедия — это больше, чем просто великий человек. Трагедия облагораживает судьбу, делает её пригодной для сопереживания.

Посмертная судьба

После смерти Толанд оставался в забвении долгие годы. Советская историография первой воскресила его имя и принялась активно издавать его тексты — потому что для материалистического мировоззрения это была идеологически выгодная историческая подпитка. Советские исследователи всеми силами представляли его латентным атеистом, как делали это со Спинозой. Ключевые работы — монография Бориса Мееровского и предисловие Болина к собранию сочинений. Если читать эти монографии, пропуская цитаты Маркса–Энгельса, которые идут каждые две страницы, — это грамотные, качественные тексты. Советская историография при всей своей идеологической обусловленности была профессиональна.

В 1960-е годы интерес к Толанду возобновляется и на Западе. Особо выделю политическую биографию Джастина Чемпиона, где Толанд рассматривается как республиканская фигура тогдашней Англии.

Меня как человека с интересами в области истории религии больше занимают его взгляды на религию и его влияние на последующую историю мысли.

Джон Толанд — выдающийся мыслитель, предопределивший развитие континентальной материалистической философии XVIII–XIX веков и внёсший огромный вклад в критическое мышление. Он писал не потому, что ему платили, а потому что не мог не писать — даже в самых тяжёлых обстоятельствах. Это заслуживает уважения и изучения.

Следующие лекции цикла — об Энтони Коллинзе и других фигурах истории свободомыслия.