Доклад представлен на XXX Международных образовательных чтениях «К 350-летию со дня рождения Петра I: секулярный мир и религиозность», май 2022 года.

Видеозапись: YouTube

Тамбов: православные, которые не ходят в храм

Начну с конкретного исследования. В 2014 году Центр религиоведческих исследований Тамбовского государственного университета имени Г.Р. Державина провёл масштабный опрос более полутора тысяч студентов — с целью выявить основные тенденции религиозности среди учащейся молодёжи Тамбова и Тамбовской области.

Результаты любопытные. Около 90% опрошенных отождествили себя с православием и заявили о том, что они верующие. Среди них подавляющее большинство — православные, мусульман существенно меньше. Казалось бы, всё замечательно.

Но дальше начинается интересное. Регулярно посещают храм лишь 4,9% опрошенных. Регулярно читают религиозную литературу — лишь 6%.

Сразу хочется задаться вопросом: православные — в каком смысле? По культуре? По мировоззрению? На вопрос «что для вас православие?» студенты отвечали примерно так: православие — это наша культура, это Сергий Радонежский, это великие страницы нашей истории. Практически никто не упоминал ничего, связанного с православным вероучением как таковым.

То есть для современной молодёжи, по крайней мере в Тамбовской области, православие — это в первую очередь нечто культурное. То, что объединяет всех, то, о чём знают со школьной скамьи. В этом ничего принципиально нового нет, и это само по себе интересный феномен.

Но вот что по-настоящему удивляет: исследователи зафиксировали, что для многих представителей студенчества православная практика имеет черты магического мышления. Хуже этого, пожалуй, сложно что-то представить. Поставить свечку перед экзаменом — это в их понимании работает именно так: поставил свечку, и что-то произошло. Это симпатическая магия в чистом виде, о которой писал ещё Джеймс Фрезер. Полное непонимание того, чем религия отличается от магии. Прорубь на Крещение — тоже для здоровья, не ради религиозного переживания.

Учёные называют это прагматическим типом религиозности: религиозная самоидентификация сопровождается вот такими проявлениями, которые к подлинному православию, насколько я могу судить, имеют весьма отдалённое отношение.

Отдельно — иерархия ценностей тамбовских студентов. На первом месте семья (82%), на втором здоровье, на третьем материальное благополучие, на четвёртом любовь. Вера в Бога — на пятом месте, с 20%. А образование — в самом конце списка, что меня лично тоже немного печалит.

Скрытые католики среди православных

Теперь данные, которые меня поразили, когда я их впервые увидел, — и которые при этом почти не афишировались.

По данным ФОМ, около 69% православных россиян убеждены, что Святой дух исходит и от Отца, и от Сына. Это — позиция католической церкви, формула filioque. Именно из-за этого богословского разногласия в 1054 году произошёл Великий раскол между Западной и Восточной церквами. Православная позиция состоит в том, что Святой дух исходит только от Отца.

Лишь около 10% респондентов дали ответ, совпадающий с православным вероучением.

Как это можно интерпретировать? Думаю, это напрямую соотносится с тем, что я уже сказал: никакой склонности к чтению богословской литературы, никакого знакомства с вероучением. Православие воспринимается как культурная принадлежность — Сергий Радонежский, архитектура, Пасха, — а не как система конкретных богословских убеждений.

Религиозность в России: общий контекст

Данные РАН, ВЦИОМ, ФОМ и Левада-Центра здесь в принципе сходятся и воспроизводятся из года в год. Около 68–71% россиян относят себя так или иначе к православным. Из них регулярно посещают храм и участвуют в таинствах лишь около 13%. Очень религиозными себя считают около 9%.

И вот эти 9% — это и есть люди, которые реально на практике реализуют православную веру. Остальные — это люди, которых на улице спрашивают: «Какой вы религии?» — и они отвечают: «Ну, наверное, православный». Существует даже теория о том, что есть некая константа религиозно активных, пассионарных людей, которая составляет примерно 9–11% в любом обществе.

Студенты-москвичи

Обратимся к другому исследованию — религиозности московских студентов, проводившемуся на нескольких московских вузах. Выборка от 18 до 29 лет. Это группа с наименьшим уровнем религиозной принадлежности.

55% так или иначе относят себя к той или иной религии. При этом православных здесь больше, чем верующих — и это тенденция, которая воспроизводится в отечественной социологии на протяжении многих лет. Многие люди, называющие себя православными, вообще не верят в Бога. По некоторым вопросам среди православных до 30% составляют неверующие. Попробуйте уложить это в голове.

65% православной молодёжи редко молятся — то есть реже раза в месяц. Среди мусульман аналогичный показатель — лишь 21%. Разрыв огромный.

Соблюдают религиозные предписания 29% опрошенных — и здесь важно понимать, в какой степени. Зайти раз в год на Пасху или Рождество — это одно, реально жить религиозной жизнью — совсем другое.

Отмечают большинство религиозных праздников 41%. Часто посещают место богослужения 16%. Увлечены чтением религиозных книг 12%.

Обращаются с просьбами к Богу 66% — но это уже любимое дело, здесь мы все мастера.

Итоговый вывод авторов этих исследований совпадает с тем, что мы видели в Тамбове: религия выступает скорее как фактор культурной самоидентификации, нежели как реальная вероучительная и поведенческая система.

Данные из США

Теперь коротко о данных Pew Research Center по США — чтобы понять общий контекст.

Вопрос задавался так: насколько религия важна в вашей жизни? Среди американцев 18–29 лет — 40%. Среди 30–49 лет — 51%.

Это не разительный разрыв. Существует миф примерно со времён шумерской письменности — о том, что молодёжь отличается принципиально более низким уровнем религиозности, а вот люди постарше, убелённые сединами, гораздо более религиозны. Данные этот миф не подтверждают.

Если суммировать тех, для кого религия «очень важна» и «в принципе важна», среди молодёжи получится 68%. Это две трети. Говорить о каком-то существенном количественном разрыве между поколениями не приходится.

Другое дело — так называемые «ноны» (nones): люди, которые не относят себя ни к какой религии. Среди американцев 18–29 лет их 35%, среди 30–49 лет — 37%. Опять же разрыв незначительный. Эта категория растёт во всех возрастных группах, а не только среди молодёжи.

Миф о непутёвой молодёжи

Хочу специально остановиться на этом мифе, потому что он очень живуч. Молодёжь более безбожная, более невежественная, более безответственная — а вот старшее поколение куда более религиозное и знающее.

Данные этого не подтверждают. Невежество в вопросах религиозного вероучения — это проблема не молодёжи как таковой, а всего общества. 69% православных, не знающих базового богословского разграничения по вопросу filioque, — это не только молодёжь. Это репрезентативная выборка православных граждан.

Религиозность определяется совершенно другими факторами — воспитанием, культурной средой, влиянием референтных групп. Разрыв между поколениями существует, но он не такой катастрофический, как принято думать. В России он дополнительно осложняется постсоветским контекстом: поколение, которое застало 1980–90-е годы и видело церковь в угнетённом положении, а потом — её резкое возвращение в публичное пространство, относится к религии иначе, чем поколение, которое родилось после 1991-го и воспринимает церковь как стабильный тысячелетний институт.

Выводы

Итак, несколько тезисов.

Высокий уровень религиозной принадлежности характерен для всего нашего общества: большинство россиян так или иначе отождествляют себя с традиционными религиями — православием, исламом, буддизмом. Но реальная религиозная вовлечённость в случае православия остаётся крайне низкой.

Зачастую и у молодёжи, и у представителей других поколений отсутствуют базовые знания о вероучении — мы видели это на примере filioque, на примере веры в порчу и «сглаз», на примере магического мышления со свечками перед экзаменами.

Нельзя говорить о том, что молодёжь как-то принципиально отличается от старших поколений. Религиозный ландшафт относительно единый — с небольшим межпоколенческим разрывом.

И главный вывод, который я считаю принципиальным: мы живём в преимущественно секулярном обществе. Хорошо это или плохо — это оценочное суждение, не моё дело. Но это факт, который подтверждается всеми имеющимися данными.